Ребенок не хочет учиться — что делать и советы психолога

Сколько времени в идеале нужно проводить с детьми? Как быть, если из-за занятости родителям этого времени катастрофически не хватает? Чем интересно и полезно заниматься с ребенком в разных его возрастах? А есть ли ситуации, когда участие родителя в жизни чада как раз нежелательно? Своими рекомендациями с нами поделились психологи Катерина Дёмина и Евгения Пайсон.

Предпосылки

Вообще, не волноваться, стоя у доски на виду у всего класса, когда каждое твоё слово отдаётся в стенах школьного кабинета при полнейшей тишине звонкой барабанной дробью, могут лишь единицы. Да и то, думаю, найдётся такой случай, когда и у таких уверенных в себе «трясутся коленки». Только вот справляться с такой ситуацией удаётся не каждому, и умение «взять себя в руки» вырабатывается иногда годами.

Предпосылки

Ответ у доски — это же прямо как ораторское искусство либо выступление артиста на сцене. А вы думаете, они не волнуются?! Ещё как! Но справляются же со своими эмоциями, выходя на публику.

У психологов основных причин для того, чтобы не ответить на уроке, обычно две. Это стеснительность и страх сделать что-то неправильно.

Предпосылки

Если в первом случае робкий ребёнок – это результат особенностей нервной системы, когда меланхолики и флегматики больше других подвергаются стрессу и отрицательным эмоциям, то во втором случае чаще это результат имеющегося опыта, когда что-то где-то когда-то пошло не так.

В результате с 1 класса раз за разом накапливается привычка к неудачам. А нужно ли тянуть на себя одеяло, поднимая руку, будучи заранее неуверенным в победе?

Предпосылки

Но есть ещё и провоцирующие факторы, которые могут «потшатнуть репутацию» уверенного в себе на первый взгляд ученика.

  • В первую очередь, это недостаточное знание материала. Но это, сразу отмечу, вроде как совсем даже несерьёзная причина, легко поправимая. От собственного невежества и «громкого падения» на глазах у учителя и одноклассников спасает усиленная подготовка к урокам, и весь страх отвечать у доски быстро проходит.
  • Вторым фактором, побуждающим упрямо молчать, когда тебя спрашивают, может быть речевое отклонение. Эта проблема уже посерьёзней. По приходу в школу многие дети ещё неверно произносят звуки, некоторые шепелявят, есть те, что заикаются. В сопровождении с насмешками одноклассников для устного ответа это становится настоящим препятствием.
  • Третий повод не отвечать на уроках – быть в числе изгоев. Да, натянутые взаимоотношения с одноклассниками – это один из провокаторов «знать да молчать». Каким бы «семи пядей во лбу» ребёнок не был, если его не принял класс, найдётся тысяча причин высмеять его заслуги и неудачи. Что остаётся такому аутсайдеру? Правильно, оставаться в стороне и меньше показываться на глаза.
  • Ещё один провоцирующий фактор – требовательность родителей. Да, уважаемые родители! Своим «почему не пять?!» вы намеренно заталкиваете вашего ученика в угол, откуда он не готов выходить, чтобы вновь не промахнуться и не получить «четыре». Лучше пусть будет пусто в школьном дневнике, чем ненужные маме с папой отметки.
  • Некорректное поведение педагога – это тоже причина, по которой дети не готовы отвечать устно. Как на нас действует грубый тон начальника, не дающего вставить слово? А если замечание высказано при коллегах? Ну, вот приблизительно так же реагируют и дети, когда их одёргивают учителя: «Не знаешь, сиди, молчи!», и это при всём-то честном народе, а если ещё и с издёвками да насмешками!

Ребенок не хочет учиться

Именно с этой проблемой ко мне приходит почти четверть клиентов. Ребенок уже в младших классах не хочет учиться. Не усадить за уроки. Ему вечно ничего не задано. Если все-таки усаживается, постоянно отвлекается и все делает тяп-ляп. На домашнее задание ребенок тратит страшно много времени и не успевает погулять и заняться еще чем-нибудь полезным и интересным.

Вот схема, которую я использую в этих случаях.

1. Ищу в медицинской карточке, есть или была ли какая-нибудь неврология. Буквы ПЭП (пренатальная энцефалопатия) или еще что-нибудь в этом роде.

2. Выясняю у родителей, что у нас с честолюбием. Отдельно — у ребенка: переживает он хоть немного за ошибки и двойки, или ему совершенно все равно. Отдельно — у родителей: сколько раз в неделю они рассказывают ребенку, что учеба — это его работа, кем и как он должен стать благодаря ответственному выполнению домашнего задания.

3. Подробно расспрашиваю, кто и как отвечает за это выполнение. Хотите верьте, хотите нет, но в тех семьях, где все пущено на самотек, проблем с уроками, как правило, и нет. Хотя, конечно, есть другие.

4. Объясняю родителям, что именно им (и учителям) нужно, чтобы младшеклассник готовил уроки. Ему самому это не нужно. Вообще. Он бы поиграл лучше.

Взрослая мотивация «Я должен сейчас сделать неинтересное это, чтобы потом, несколько лет спустя…» появляется у детей не раньше 15 лет.

Детская мотивация «Хочу быть хорошим, чтобы мама / Марья Петровна похвалила» обычно исчерпывает себя к 9–10 годам. Иногда, если ее очень эксплуатируют, — раньше.

Где искать причину, если ребенок категорически отказывается учиться

Сталкиваясь с такой проблемой, родители и учителя не всегда могут разобраться в ее источниках. Изначально продуктивному обучению могут мешать первичные причины, которые происходят из раннего детства. Важно интенсивно общаться с ребенком с самого рождения, развивать у него внимание, память, мышление. При этом все это нужно делать только в игровой форме, вовлекая малыша в веселое увлекательное действо.

Играя, он развивает координацию, мелкую моторику рук, учится следовать правилам игры. Опираясь на врожденные особенности темперамента, с раннего возраста следует формировать характер. В дошкольный период формируется эмоционально-волевая сфера личности, которая отвечает за эффективное взаимодействие с другими.

Важно, чтобы к поступлению в школу дети были психологически подготовлены.

Где искать причину, если ребенок категорически отказывается учиться

Это позволит безболезненно и максимально эффективно включиться в учебный процесс. К моменту поступления в школу большинство детей имеют высокую мотивацию, но несовершенство системы образования может подавить изначально высокий интерес к обучению.

Запомните!Слишком строгие правила, большая нагрузка, насыщенный режим дня, отсутствие полноценного отдыха и игры – важные причины, которые убивают желание учиться с раннего детства.

Даже при благоприятной подготовке к школе со временем мотивация может исчезнуть. Такую ситуацию могут вызвать следующие вторичные причины:

  • неблагоприятная семейная ситуация, способствующая возникновению эмоционального, нервного напряжения;
  • повышенная учебная нагрузка, отсутствие полноценного отдыха, однообразие;
  • сложности при адаптации к изменившимся условиям обучения при смене класса или школы;
  • завышенные требования со стороны учителей и взрослых;
  • плохая подростковая компания;
  • низкий социальный статус среди одноклассников, закомплексованность.

Чтобы определить настоящую причину плохой успеваемости, нужно проявить максимум терпения и внимания.

Где искать причину, если ребенок категорически отказывается учиться

Лучше обратиться за помощью к квалифицированному психологу, который поможет провести глубокий анализ ситуации и определить оптимальные пути решения проблемы.

В качестве послесловия

Если вы после работы бежите домой, чтобы успеть отвести ребенка в очередную секцию, а домой возвращаетесь поздно вечером – подумайте, кому нужны такие усилия? Может, в условиях нашей тотальной занятости, лучше посвятить эти несколько часов общению с ребенком? Слепить поделку из пластилина, собрать осенние листья в гербарий, покататься на санках и поиграть в снежки? Ведь для каждой мамы важно, чтобы ее ребенок был счастлив независимо от того, умеет ли он играть на скрипке.

Как помочь ребенку, если он плохо учится

  • Иногда родители считают нужным воспитывать ребенка «ремнем», вспоминая о том, как в их собственном детстве на страхе перед физическим наказанием удавалось добиться успехов в учебе. Психолог Людмила Петрановская предостерегает от таких методов воспитания и мотивации к учебе:

«Если родитель эмпатично воспринимает ребенка, он просто не сможет осознанно и планомерно причинять ему боль, психологическую ли, физическую. Он может сорваться, в раздражении шлёпнуть, больно дернуть и даже ударить в ситуации опасности для жизни – сможет. Но у него не получится заранее решить, а потом взять ремень и «воспитывать». Потому что когда ребенку больно и страшно, родитель чувствует напрямую и сразу, всем существом.

Отказ родителя от эмпатии (а порка невозможна без такого отказа) с очень большой вероятностью приводит к неэмпатичности ребенка, к тому, что он, например, став постарше, может уйти гулять на ночь, а потом искренне удивится, чего это все так переполошились.

То есть, вынуждая ребенка испытывать боль и страх, – чувства сильные и грубые, мы не оставляем никакого шанса для чувств тонких – раскаяния, сострадания, сожаления, осознания того, как ты дорог».

  • Покажите ребенку, что предмет действительно интересный! Сейчас открыто очень много интерактивных музеев — экспериментариумов, красочных выставок, увлекательных книг даже по самым «скучным» предметам. Малышей особенно важно заинтересовать предметом. Конечно, не все в учебе обязательно будет интересным, но мотивация узнать больше о любимом деле поможет справиться с трудностями.
  • Поговорите с ребенком. Удивительно, но этот простой выход не всегда первым приходит на ум. Может быть, подросток давно ждал этого момента. Но говорить тоже надо правильно. Важно научиться слушать и слышать ребенка, не унижая его и принимая в расчет его мнение. Если подросток говорит «учитель унижает меня» или «одноклассники меня травят», надо прислушаться к нему, а не отвечать «не выдумывай, тебе лишь бы ничего не делать», так вы потеряете доверие. В ситуацией с травлей, вы должны встать на защиту ребенка и противостоять ей. Не стоит предлагать подростку решить проблему самостоятельно, травля иногда оборачивается настоящей трагедией, особенно, если ее сопровождает бездействие учителей.
  • Позволить ребенку плохо учиться. Иногда это действительно действенный метод. Здесь мы возвращаемся к проблеме неадекватных требований. Плохие оценки ребенку иногда выставляют за неправильное оформление работы.

Психолог Людмила Петрановская предлагает не тратить детство маленького ребенка на парадоксальные требования:

«Или вот начальная школа. Ну, зачем в первом классе уделяется столько внимания оформлению? «Чтобы сразу приучить, а то…». ОК, давайте приучим сразу интегралы решать? Почему-то мысль о том, что семилетний ребенок не может решать интегралы, очевидна. А мысль о том, что он НЕ МОЖЕТ просто в силу возрастных особенностей, упомнить все эти алгоритмы: четыре клеточки сюда, а если на последней строке, то не начинаем, а если не поместилось, то вот так. И все это надо делать одновременно с собственно письмом и думаньем!

Такой чудесный возраст – с 7 до 10! Такой творческий, богатый, такой страстный интерес к тому, как устроен мир, такая способность к неожиданным обобщениям, ассоциациям, такая синтетичность восприятия любого предмета! Видеть мир не как набор научных дисциплин, а весь, как живой единый организм, думать о бабочках, о звездах, о составе грязи под ногтями, об ураганах, о викингах, об атомах, о том, почему люди смеются – с интервалом в пять секунд, а то и вовсе одновременно».

Не перекармливайте заботой

Другая родительская крайность — стремление каждую минуту, проведенную с ребенком, наполнить развивающими занятиями. Вложить в ребенка как можно больше «полезной информации», интенсивно развивать его во что бы то ни стало. Сама видела, как в зоопарке папа говорит дочери по-английски (с ужасным акцентом и ошибками): «Look, this is a tiger! Look how big is he!» В зоопарке жарко, толпы народа. Дочь устало отвечает по-русски: «Я есть хочу». Или вот еще: на пляже мама занимается с сыном математикой. Мальчик маленький, математика сложная, мама настойчивая. Мальчик вздыхает и решает… решает и вздыхает…

Родители очень хотят, чтобы ребенок был культурно и интеллектуально развитым. А значит — музеи и научно-популярные фильмы, компьютерные обучалки и экскурсии, хорошие книжки и мировая классика кино… А ребенок сопротивляется. Почему? Да потому что воспринимает такой просветительский зуд как давление, как агрессию.

«Как только возникает мысль про “вложить” — начинается агрессивное взаимодействие, — говорит Катерина Дёмина. — Неагрессивное взаимодействие с ребенком — это когда вы или находите форму для заполнения его чувств, или ведете его за собой. А “вложение” — это путь в никуда, это реализация собственных родительских амбиций. Ребенок не должен становиться смыслом вашей жизни. А получается, что свободы и выбора у него нет — мама все время его к чему-то тащит».

А еще бывает так, что родители становятся для своих детей этакими «аниматорами», массовиками-затейниками.

Ответы на вопрос: сколько времени вы обычно посвящаете совместным занятиям с вашим ребенком?

Добросовестные и усердные мамы старательно придумывают для своих детушек интересные занятия на каждый день — и в конце концов замечают, что дети — вместо того, чтобы с восторгом подхватывать каждое творческое занятие, вместо того, чтобы расти изобретательными и креативными, — вообще не хотят заниматься ни домашними опытами, ни рукодельем, да и сами занять себя не очень умеют. Они сидят, как птенцы с раскрытыми клювиками, и ждут, когда мама принесет чего-нибудь интересненького, да еще капризничают, что она предлагает скучное.

Как же так вышло? А все просто: эти занятия были нужнее маме, чем ребенку. Это ей важно чувствовать себя хорошей мамой, она пытается накормить ребенка самым вкусным и занять самым интересным еще до того, как он захочет есть и чем-то заниматься. Мама, которая всю себя посвящает ребенку, обычно компенсирует свою внутреннюю пустоту. Может быть, она одинока. Может быть, ей больше нечем заняться: после института не работала, а сейчас трудно подтверждать квалификацию, да и работу трудно искать после тридцати и без стажа… И всю свою бешеную энергию она выплескивает на ребенка — и думает, что для его же пользы.

Читайте также:  Главные вопросы в лечении насморка у младенцев

Но дети рано или поздно вырастут — и чем будет жить мама? Люди, которые живут насыщенной собственной жизнью, в состоянии включить в нее и своих детей. Когда человек любит свое дело — это заразительно и дети подхватывают увлеченность от родителей.

Наконец, у ребенка должна быть и своя жизнь — и родители не могут ему заменить ровесников. «Водораздел — там, где кончается младшая школа, — поясняет Катерина Дёмина. — Теперь ребенок должен развернуться в сторону сверстников, а с родителями ему должно стать скучно. У детей и взрослых время течет по-разному: мы никак не наедимся детством своего ребенка, нам еще хочется с ним смотреть детское кино и играть — а ребенок уже вырос. Его уже надо отпустить и заниматься своими делами. Когда взрослые вспоминают, что они делали с мамой — они вспоминают не каждый день.

“Однажды мы с мамой были на море…”, “однажды мы сходили в кино…” Это было редко и оттого празднично. Дети, которым позволялось заниматься своими делами, в состоянии организовать себе насыщенную жизнь».

Расстановка приоритетов

Выдержать такое не под силу и взрослому, нервы Жени звенели как канаты. И здесь мой подход к помощи по урокам был такой – нужно определиться с приоритетами. Подготовка к университету и ЕГЭ – по нужным нам предметам была главной. Спорт и вокал необходимы для разрядки тела. Остальная школьная программа – благополучно «сливалась».

Но было одно НО. Дочь хотела золотую медаль, что было заслуженно, и совсем все «сливать» было нельзя. По части предметов учителя пошли навстречу и снизили требования, сохраняя хорошие отметки. Но учительница по русскому билась, как лев, твердо решив, что моя дочь должна забросить дурацкую математику и стать «нормальным человеком» — всерьез заняться литературой! Она была хорошей женщиной, одержимой своим предметом, но других наук для нее не существовало. А «англичанин», в свою очередь, полюбил в качестве домашних заданий поэтические переводы.

Свою задачу я видела в том, чтобы помочь довери с теми вопросами, на которые ей не хватало времени. Я не видела ничего плохого в том, чтобы помогать ребенку с уроками, если это нужно. И взяла на себя помощь с литературой и английскими поэтическими переводами. Здесь мы работали в команде — делили работу, советовались. В сложных случаях, например, для сочинения по антиутопии Замятина «Мы» была привлечена тяжелая артиллерия в лице бабушки. Честно, я просто не смогла читать эту книгу! Бабушка прислала нам мощную академическую статью на 12 листов c историей понятия «утопия, антиутопия», анализом исторической обстановки и оппонентов Замятина. Письмо бабушки сопровождалось текстом «Ненавижу Замятина, ненавижу 20 век, ненавижу утопии и русскую интеллигенцию!» и тревожным звонком от дедушки: «Что вы сделали с бабушкой?! Она заперлась на кухне, кричит, разбрасывает бумагу! Немедленно отстаньте от нее!». Мне составило немало труда «обрезать» ее потрясающий труд до уровня школьного сочинения. А, жаль!

Для меня было важно спасти здоровье и нервную систему дочери. Я считала, что она вполне самостоятельный человек, но невозможно объять необъятное, и нет необходимости вставать в какую-то специфическую позу. Я продолжила помогать с уроками и тогда, когда Женя поступила в университет, на мехмат. Ей пришлось учится на уровне выпускников математических школ и интернатов, догонять и перегонять их, и я опять взяла на себя помощь по обширной гуманитарной программе (25 % от всех курсов мехмата).

Моя помощь была поддержкой, необходимой для снятия тревожных, а иногда и панических состояний, которые охватывали ее во время учебы. И, да, многие статьи и рефераты написаны были мною – по истории, английскому языку, истории права, философии, поэзии, юриспруденции. Некоторыми моими работами мы гордились вместе, так как они получили высокую оценку преподавателей МГУ.

Как давать карманные деньги детям? 5 сложных вопросов